Неточные совпадения
Итак, одно желание пользы заставило меня напечатать отрывки из
журнала, доставшегося мне случайно. Хотя я переменил все
собственные имена, но те, о которых в нем говорится, вероятно себя узнают, и, может быть, они найдут оправдания поступкам, в которых до сей поры обвиняли человека, уже не имеющего отныне ничего общего с здешним миром: мы почти всегда извиняем то, что понимаем.
Войдя в его великолепную квартиру
собственного дома с огромными растениями и удивительными занавесками в окнах и вообще той дорогой обстановкой, свидетельствующей о дурашных, т. е. без труда полученных деньгах, которая бывает только у людей неожиданно разбогатевших, Нехлюдов застал в приемной дожидающихся очереди просителей, как у врачей, уныло сидящих около столов с долженствующими утешать их иллюстрированными
журналами.
И вот, когда мне пришлось, говоря о русской молодежи 60-х годов, привести
собственные слова из статьи моей в"Библиотеке"""День"о молодом поколении"(где я выступал против Ивана Аксакова), я, работая в читальне Британского музея, затребовал тот
журнал, где напечатана статья, и на мою фамилию Боборыкин, с инициалами П.Д., нашел в рукописном тогда каталоге перечень всего, что я напечатал в"Библиотеке".
— Вам только надобно бы посмотреть на народ в его
собственной исключительной обстановке, — твердил он Ступиной, — и вы бы, я уверен, могли писать очень хорошие рассказы, сцены и очерки. Посмотрите, какая гадость печатается в
журналах: срам! Я нимало не сомневаюсь, что вы с первого же шага стали бы выше всех их.
И вот книги лежат уже девять месяцев на этажерке, и Гайнан забывает сметать с них пыль, газеты с неразорванными бандеролями валяются под письменным столом,
журнал больше не высылают за невзнос очередной полугодовой платы, а сам подпоручик Ромашов пьет много водки в собрании, имеет длинную, грязную и скучную связь с полковой дамой, с которой вместе обманывает ее чахоточного и ревнивого мужа, играет в штосс и все чаще и чаще тяготится и службой, и товарищами, и
собственной жизнью.
В девяностых годах минувшего века собирались аккуратно литераторы, принимавшие участие в
журнале «Детское чтение», у его издателя Дмитрия Ивановича Тихомирова в
собственном его доме на Большой Молчановке.
Оболенский — философ с наклоном к толстовству, публицист, критик, беллетрист и поэт, заполнявший
журнал преимущественно
собственными своими произведениями под инициалами и разными псевдонимами; но печатались там и публицистические статьи Льва Толстого в тех обрывках, которые выходили из цензурной трепалки.
Фундаментальная, научная библиотека помещалась наверху, а тут на столах были разложены все выходившие в России
журналы и газеты, выдавалась студентам беллетристика, публицистика и ходовые в студенчестве книги для
собственного чтения, а не для научной работы.
Фрумкин находил, что прежде чем затевать
журнал, необходимо основать свою
собственную типографию, в которой он мог бы печататься, и заведывание этою типографиею взять в свои
собственные Моисеевы руки.
Впрочем, Фрумкину не для чего уже было восставать против Ардальона. Во время его ареста практичный Моисей сумел так ловко обделать свои делишки, что за долги коммуны, принятые им на себя, перевел типографию на свое имя, в полную свою собственность, совсем уже забрал в руки юного князя и кончил тем, что в одно прекрасное утро покинул вместе с ним на произвол судьбы коммуну и ее обитателей. Князь переселился к Фрумкину мечтать о скорейшем осуществлении «
собственного своего
журнала».
Елизавета Петровна, как известно, никогда не жила в Аничковском дворце, но, как гласит камер-фурьерский
журнал, по праздникам нередко посещала храм. В 1757 году Елизавета пожаловала «
собственный каменный дом, что у Аничкова моста, со всеми строениями и что в нем наличностей имеется», графу Алексею Григорьевичу Разумовскому «в потомственное владение».
Журналы могут не печатать, публика не читать, критики разносить, — все это может быть одной случайностью, а важно только одно, именно, что у автора есть свое
собственное содержание, свое я.
Но это издание прошло совершенно незамеченным, потому что Щербатов глухо только сказал в предисловии, что «
журнал этот сочинен при кабинете государя и правлен его
собственною рукою».
Под эти звуки в моей
собственной душе слагается решение работать не покладая рук. Я попробую переводить с французского и немецкого и буду помещать мелкие переводные рассказы в
журналах. Таким образом, я скоро выплачу Саше истраченную на нас такую крупную в моих глазах сумму и увеличу хоть отчасти мой скромный доход.
Касательно
собственного участия в своих «Записках» она говорит, что «сама иногда только писала для
журнала» и что особенно деятельным ее помощником был «молодой адвокат Козодавлев» (56).
Слова же Погодина, что если б он изрезал в куски «Ревизора» и рассовал его по углам своего
журнала, то Гоголь не имел бы права сердиться, ясно показывают натуру Погодина, который, ссудив деньгами Гоголя, считал себя вправе поступать с его великим творением по
собственному произволу.
Все почти знали, что я нуждался, но были уверены, что это происходит от
собственного моего упрямства, что мне стоит только присесть да написать небольшую вещь, чтобы получить большие деньги; а я не в силах был произвести ни одной строки, и когда, послушавшись совета одного неразумного человека, вздумал было заставить себя насильно написать кое-какие статейки для
журнала, это было мне в такой степени трудно, что ныла моя голова, болели все чувства, я марал и раздирал страницы, и после двух, трех месяцев таковой пытки так расстроил здоровье, которое и без того было плохо, что слег в постель, а присоединившиеся к тому недуги нервические и, наконец, недуги от неуменья изъяснить никому в свете своего положения до того меня изнурили, что был я уже на краю гроба.